Сергей Ваулин
Екатеринбург

В августе на Байкале


В нашем очередном походе на Байкал 2006 г. пришлось там немного поштормовать (ходили вдвоем с Натальей, одним судном). Собственно, вся история – сплошная серия ошибок и нарушений правил ХМП. Однако, по порядку:

В тот год мы по ряду причин почти на 2 недели задержались с походом. Тем не менее в начале августа выехали в Иркутск, там нас встретили, привезли заранее отправленный катамаран, помогли докупить продукты и доставили в Листвянку. Еще день простояли рядом с ней, только завернув за мысок (разбирали продукты и доделывали недоделки). Затем с попутным ветром при солнечной погоде с периодическими локальными грозами пошли вдоль берега на северо-восток.

За день дошли до Голоустного, заночевали прямо в реке (дотянув до нее под спинакером при стихающем ветре), спрятавшись от озера за галечной косой. А наутро ветер сменился на встречный, ко дню усилился до 10-12 м/с. Началась нудная медленная лавировка. Здесь “проявились” проблемы с центровкой – под одним зарифленным гротом катамаран жестко вставал почти бортом к волне, и никакими действиями вывести его из этого состояния не удавалось. Центровку исправили, только подняв стаксель-фал на скобу спинакер-фала (передняя шкаторина стакселя со всеми причиндалами стала длиннее из-за постановки закрутки). Попутные яхты все шли против ветра под двигателями, только одна из них пыталась лавировать (хотя мотор у них тоже стучал). Неосторожно приблизившись к берегу, она была уложена ветром на борт по релинги.

Те же проблемы (плохая лавировка при сильном ветре) проявились в 2007г. на Волжско-Камской регате – при усилении встречного ветра до 18 м/с мы с зарифленным гротом буквально встали, с трудом медленно лавируя против короткой крутой речной волны в узком русле Камы. Жесткие яхты сразу ушли вперед, как от стоячих, в том числе и долгое время идущая рядом с нами “Фея” (4.7м компромис по несколько измененному проекту “Дуэт”). Наглядно были видны их жесткость корпусов и способность нести почти полную парусность в такой ветер.

Из надувных в общей массе яхт удержался только казанский “Альбатрос” (изначально недогруженный парусами и совершенно пустой, без походного снаряжения), неся полный незарифленный грот. Катамаран спонсоров “МЭСИ” отстал, позже его привели на буксире. Московский “Фотон” даже с зарифленным гротом сломал шверт и вышел из гонки, две лодки из Набережных Челнов сошли из-за поломок еще в первый день.

Настоятельно необходимые доработки – штормовой стаксель, жесткие нерастягивающиеся стаксель- и грота-фалы, дополнительный шпрюйт и т.д. в 07г. выполнить не удалось, теперь планирую их сделать к сезону 08г.

В этих условиях мы приняли приглашение егеря Национального парка и остановились рядом с баней его кордона на р.Еловке. Талью вытащили катамаран на полянку, расположились там, заготовили дров, протопили баньку и попарились. Погода тем временем не улучшалась, скорее наоборот. Егерь, якобы получив штормовое предупреждение - мол, “идет ураган”, отправился успеть до него перегнать из Голоустного свою лодку (пошел омуль, а без лодки - рыбалки не было).
Не очень-то доверяя таким слухам, рано утром приняли на СВ метеопрогноз из Иркутска: “Ветер – (6-12) м/с, порывами до 22, по Байкалу - волна (1-1.5)м, в средней части до 2м”. Вроде бы – ничего особенного. Ветер казался попутным, время поджимало – решили идти (Ошибка!). Тем временем на кордоне остановился переждать непогоду еще один сотрудник парка с дочерью (он шел на лодке в том же направлении, что и мы). Вытащив на берег лодку прибывшего егеря, спустили катамаран на воду и отчалили.

Погода полностью соответствовала прогнозу, сильные порывы не позволяли нести грот, вначале шли под стакселем, затем поставили его в ликпаз грота в качестве триселя. Ветер, разумеется, оказался не очень-то попутным, а дул с берега, прорываясь к озеру по долинам речек. Наблюдались очень красивые кольцевые вихри, хорошо видимые по поднимаемой ими водяной пыли (предвестники усиления ветра).

Попытки идти, перестраховываясь, вплотную к берегу, успехом не увенчались – горы, там постоянно встречались штилевые мешки. Поэтому пришлось опять отойти от него на нормальное расстояние (Ошибка – движение в отжимной ветер без возможности при его усилении отлавировать к берегу).

При подходе к р. Н.Хомуты впереди наблюдалась сплошная горизонтальная полоса водяной пыли, выходящая из долины. Не сразу сообразили, что это означает, и вошли в нее (Ошибка!). Разумеется, это оказалась горная. Скорость ветра там не меряли, она была значительно больше прежней (инструментально скорость не меряли, более 30 м/с). Продвижение по маршруту сразу оказалось невозможным – дрейф бортом с очень высокой скоростью, намного превосходящей скорость движения вперед. Берег, проглядывающий сквозь водяную пыль, начал быстро удаляться.

Волна, небольшая около берега, постепенно начала увеличиваться, держаться бортом к ней стало опасно. А плавучий якорь – не дошит, на другой берег мы собирались идти только на следующий день. Пришлось в качестве якоря выбросить с носа тяжелый “технический” рюкзак – этого оказалось достаточно для разворота лодки в правильное положение. Убрали шверт и руль. Волна к тому времени подросла где-то до 3 м. Уже позже в КК КиЯ утверждалось, что при ветре 30 м/с для разгона 3 м волны достаточно 3км – хорошо запоминающиеся цифры. Мы наблюдали примерно то же самое.

А затем как-то быстро все закончилось – видимо, вышли из локального ветрового потока. Волна уменьшилась до привычной метровой, выглянуло солнце. До берега было визуально где-то 3-5 км, впереди на удалении 10-15 км виднелась освещенная солнцем бух. Песчаная. Подняли “плав. якорь”, “трисель” (наполовину), поставили руль и шверт, и медленно пошли в полный бейдевинд по направлению к ней, постепенно приближаясь к берегу (Ошибка! Надо было по ветру идти на Селенгу, ранее туда планировался переход от Песчаной. При наблюдавшемся ветре имели все шансы добраться до нее засветло – всего-то около 40км).

Тем временем горная постепенно набирала силу. Солнце, разумеется, быстро скрылось, за Приморским хребтом наблюдалась сплошная масса черных туч. Дуло уже из каждого распадка, даже визуально незаметного. Непонятно даже, где можно было бы приблизиться к берегу – везде ветровые потоки, лавировать против которых бесполезно. Особенно сильный поток виднелся в самой бухте Песчаной. Выбравшись по ветру выше строений в бухте, вошли в этот поток, пытаясь подойти к песчаному пляжу в глубине бухты. Все-таки не рассчитал, не хватило терпения выбраться еще выше - скалы м.Бол.Колокольный, проглядывая через водяную пыль, проплыли на расстоянии порядка 200м. Далее берег поворачивал к северу (губы Бабушки и Сенная), и пробиваться туда было уже бессмысленно.

Успокоились, снова выбросили “плавучий якорь”, подняли палатку и стали устраиваться на ночлег (уже начало темнеть). На 3-х метровой волне качка у катамарана оказалась очень резкой, даже сидеть, не держась руками, было невозможно – носы взбираются на волну, их дергает якорный канат, затем они падают со склона волны, и все начинается сначала. Палуба внутри палатки была мокрой – заливало через шпигаты, поэтому слегка вытащили из-под козырька рюкзаки, постелили сверху них коврики, и расположились на них, завернувшись в спальники. В палатке зажигали подвесной электрический светодиодный фонарь, взятый в качестве топового.

Ночью Наталья меня разбудила – усилился ветер, видимо, попали в очередной ветровой поток. Палатка ходила ходуном, казалось, что мы с бешенной скоростью несемся кормой вперед. Перестраховываясь (все-таки – ночь, видимость отсутствует), завалили мачту и подвязали ее вдоль правого верхнего стрингера.

Утром, проснувшись, обнаружили себя посреди Байкала. Ветер – стандартные 10-12 м/с, волна – до 1.5 м. Пасмурно, дымка. Слева по курсу некоторое время виднелся, как позже выяснилось, огромный массив Морского хр., который, казалось, как остров, поднимался прямо из воды.

Полагая себя мористее Селенги (ошибка, для обнаружения которой достаточно было достать и сориентировать карту) и опасаясь проскочить мимо нее (там, в теплом мелководном зал. Провал планировалась стоянка либо на внутренней кромке островов отмели Сахалин, либо рейдовая), поставили шверт, руль и пошли под веслами, смещаясь вправо относительно линии дрейфа. Без приспособлений ставить мачту на волне было совершенно безнадежно. Доставая “якорь”, обнаружили, что все содержимое рюкзака (закрытого и завязанного) высыпалось из него и ушло на дно. Стянуть вчера его тубус дополнительной веревочкой не догадался.

Вскоре слева по курсу из-за горизонта поднялась группа деревьев и строений под ними. Развернулись и пошли туда. По приближению объект был идентифицирован как обозначенная на карте “лет. Маяк” на о. Гусевский в дельте Селенги(позже там разглядели и деревянную башню недействующего маяка, малозаметную на фоне деревьев). Начала проглядывать полоска камыша. Волна из-за мелководья снова подросла до 3-х метров и затем обрушивалась на окаймляющей дельту отмели глубиной ориентировочно 0.3-0.5 м, пришлось там поднимать шверт и руль.

А дальше – “лагуна” с ровной водой и глубиной порядка метра. Со стороны берега этот прибой выглядел очень красивой широкой (во весь горизонт) пенной стеной – похоже на съемки океанского прибоя на коралловых рифах. И грохот стоял очень даже приличный (слышно было за 2-3 км).

Места, вообще-то – гибельные для любого судна со сколько-нибудь заметной осадкой. Видели в предыдущий год на о.Ярки такой вросший в песок водометный катер. Особенно опасно - то, что со стороны моря отмель из-за волн совершенно незаметна, а до берега из-за болот не добраться (там до него в обход не менее 5-8 км (это здесь, в виду острова!), по холодной воде да против течения не доплыть).

Пройдя отмель, продолжили движение по направлению к маяку, рассчитывая на берегу поставить мачту (Ошибка, надо было задержаться в “лагуне”, и затем двигаться по ней). Скоро выяснилось, что подход к острову, разумеется, отсутствует. Попробовали на одном из плесов встать на якорь – на жидком иле “кошка” не держала совершенно, дрейфовали со скоростью пешехода. Все-таки остановились и с трудом поставили мачту (приходилось “вывешиваться” за корму, поскольку ее центр тяжести находился там). А затем – задержка. По болоту под парусами не пройдешь. Под веслами же против 6б. ветра не выгрести, даже развернуть катамаран было невозможно. Стоило из камыша только выйти на открытую воду, как сразу же сносило обратно. А шеста, необходимого для движения по болоту, нет!

Так там и заночевали, пришвартовавшись между кочек (получилась полудневка). В непроницаемой палатке катамарана, обычно отпотевающей, при таком ветерке было совершенно сухо. И никаких комаров. Только Наталье мешал спать хорошо слышимый грохот прибоя.

Из весла и бушприта удалось собрать шест приемлемой длины, и рано утром по реднику, обходя открытую воду и коренную лабзу, мы вышли в “лагуну”. Там, поставив стаксель, в бакштаг пошли по ее центру. В районе судового хода незаметно вышли мористее отмели и повторно “прокатились” на волнах. Из-за малой глубины (периодически задевали швертом за песчаное дно) парусами не форсировали, оставили один стаксель. Не доверяя больше якорю, вокруг м.Костылевский пошли в глубину зал.Провал. Он оказался малоинтересным – грязная вода, поля плавучей травы, торфяная взвесь в воде у берегов. К вечеру прошли несколько грозовых шквалов (привыкли, и даже не трогали парус и не изменяли курс).

Интересно, что эти грозы двигались против низового ветра – видимо, циклон прошел, ветер сменился, а здесь еще действовала местная ветровая система. На ночевку остановились на небольшом мыске под береговым обрывом между устьем р.Сырая Молька и пристанью. Солнечным утром за пос. Дубинино периодически мелькали блики от стекол – видимо, там, в Лобановской протоке, отстаивались в непогоду суда.

При слабом ветре и ярком солнце вышли в залив и пошли вдоль берега. Одновременно, в связи с улучшением погоды, от пристани отвалил рыбацкий мотобот и ушел за горизонт в направлении отмели. Обогнув м.Облом (там очень мелко!), остановились на обед на подвернувшейся полянке и там с удивлением обнаружили прогуливающихся по берегу отдыхающих в шортах. А дальше – курортная местность, сплошная полоса стоянок и летних лагерей. Песчаные пляжи, купающиеся, палатки, пленочные навесы и гидроциклы. На ночевку при стихающем встречном ветре встали на брошенной стоянке вскоре за пос. Н.Энхелук.

А на следующий день задул ледяной встречный осенний баргузин со стандартной скоростью - 10-12 м/с. После шторма вода перемешалась, резко похолодало, стали надевать на себя все имеющиеся теплые вещи. Пытались выходить – опять тяжелая малоэффективная лавировка под зарифленным гротом против метровой (это под прикрытием м.Суханский!) волны. Единственный реальный вариант – идти в полный бейдевинд на Ольхонские ворота и далее – по Малому морю (собственно, так первоначально и планировалось). Сразу не пошли, остались еще на день, видимо, остановило предчувствие. И, с трудом связавшись с домом (пришлось ехать в дом отдыха), получили похоронное сообщение. Спешно, за пару часов, с помощью местных ребят (огромное им спасибо!) собрали лодку, вещи и выехали в Улан-Удэ. Там сдали катамаран “Желдорэкспедиции”, и на поезде уехали домой.

Рекомендации:

  1. На Байкале снабжение судна обязательно должно включать плавучий и обычный якоря. Оборудование плав. якоря – см. тему Гвоздева в КК КиЯ. Целесообразно даже иметь несколько якорей различной площади (для различных тактических ситуаций – когда надо задержаться на месте, когда надо дрейфовать с максимальной скоростью и т.п.).
  2. Дополнительно, хорошо бы конструктивно обеспечить дрейф многокорпусника под голым рангоутом под малым углом к волне – каюта, смещенная в корму, кормовая дуга, на которой можно поставить стаксель, и т.д.
  3. Необходимо обеспечить возможность уборки (при этом уменьшается кренящий момент и момент инерции) и постановки мачты на воде силами экипажа. Для этого, например, достаточно иметь кормовую дугу и ряд простейших приспособлений.
  4. Потоки горной с сильным ветром хорошо заметны визуально, и при желании их можно избежать. Ветер развивается достаточно медленно (десятки минут), и при движении вблизи берега целесообразно, не дожидаясь разгона ветра, как обычно и рекомендуют, срочно (под мотором и парусами) уходить на берег.
  5. Если горная обнаружена при движении вдали от берега, стоит сразу, не теряя время на попытки пробиться к берегу, независимо от времени суток, уходить по ветру на противоположный берег.
  6. Если судно все же попало в ветровой поток – дрейфуем на плавучем якоре носом на волну. Крепление якоря на корме нецелесообразно из-за заливания кокпита. Обязательно убираем шверт и руль. Целесообразно убрать мачту. После ослабления ветра и уменьшения волны (на удалении от берега 5-20 км, а то и более – при сарме, например) – разворачиваемся и уходим по ветру под штормовым стакселем (на противоположный берег, либо дальше по маршруту).