ГОДЫ И МИЛИФото В.Канюкова

Высокий человек в штормовом костюме, кепке и резиновых сапогах, встав перед туристским строем на поляне слета, подносит к губам мегафон. У него ясный живой взгляд, и только белоснежная окладистая борода, как дата в паспорте, — неопровержимое свидетельство долгой череды прожитых лет. Да, Сергею Николаевичу Парфенову—семьдесят пять.

Тише, товарищи туристы! Ветерану войны и труда, кавалеру многих боевых и трудовых правительственных наград, активисту и организатору туризма, конечно же, есть что сказать вам!

Он родился на Дальнем Востоке, рос и учился в Харькове, работал в Москве; как специалист МПС значительную часть жизни провел на колесах. Но если бы все эти перемещения, совершенные с помощью транспорта, сопоставить с расстояниями, которые Сергей Николаевич преодолел пешком, на велосипеде, в бесчисленных плаваниях на своей старенькой байдарке, первые составили бы лишь немногим большую величину.

Когда на одной из недавних «парусных регат» московских туристов-водников вручали награды лучшим из лучших — тем, чьи суда прошли тысячу и более миль по походным трассам, героем дня снова стал Сергей Николаевич Парфенов. Десятки его многокилометровых путешествий по Дону, Северной Двине, Енисею, рекам Средней Азии и Прибалтики, многочисленным озерам и водохранилищам давно сложились в цифру, намного превышающую заветный призовой рубеж.

Сережа купил (деньги он честно заработал сам, подрабатывая с 11 лет в спичечной мастерской подержанный велосипед) и, разъезжая на нем повсюду, хорошо узнал окрестности Харькова. Отправляясь потом с ребятами из своего двора или школы в знакомые пригороды, разве мог подумать подросток что это первые в его жизни туристские походы, а он исполняет здесь роль руководителя.

Не догадывался об этом и позднее, когда, став студентом Харьковского института инженеров транспорта, сколачивал группы однокурсников и отправлялся с ними путешествовать во время каникул то по горному Крыму, то по Алтаю, нехоженым и малообжитым в те годы краям.

Развитию любознательности, страсти к путешествиям способствовало еще одно увлечение — радиолюбительство, тоже пришедшее еще в юные годы. Так и не расставался с этими двумя занятиями молодой специалист сначала Харьковской лаборатории железнодорожной связи, а затем — Наркомата путей сообщения в Москве. С переездом в столицу, кстати, возможностей для организации путешествий стало больше: создавалось спортивное общество «Локомотив», а при его Центральном совете вскоре была образована секция туризма и альпинизма, активистом которой сразу же стал Парфенов.

Для большинства советских людей война началась июньским полднем, когда на всю страну прозвучал голос Ю. Левитана, зачитавшего сообщение Совинформбюро. А Сергея Николаевича еще ранним воскресным утром 1941 г. разбудил тревожный телефонный звонок. Молодой дежурный по управлению Володя Харитонов сообщил: «Немцы бомбили железные дороги на юго-западе. Большие разрушения...»

Запомнился кошмар массированных бомбардировок под Вязьмой, когда взлетел на воздух стоявший на путях состав с боеприпасами. Горящие цистерны поднимались тогда на высоту третьего этажа здания станции, где только накануне ночью Парфенов и его товарищи с таким трудом наладили связь с Наркоматом.

Под Изюмом 40-километровым ночным марш-броском пришлось выходить из окружения. Вот когда пригодилась туристская подготовка!

В годы войны Сергею Николаевичу как заместителю начальника управления военно-восстановительных работ фронта довелось встречаться с маршалом И.Коневым, генералом Н.Ватутиным, заслужить благодарность маршала Г.Жукова.

Память о войне... Это не только ратные подвиги и награды за них. В 1948-м резко ухудшилось здоровье Парфенова. Сердечные приступы следовали один за другим. Ему дали путевку в один из санаториев Кисловодска, но приговор тамошних врачей был неумолим: больному в таком состоянии противопоказано санаторно-курортное лечение. Удалось добиться приема у авторитетнейшего из местных профессоров. Осмотрев больного и ознакомившись с санаторной картой, он задал простой вопрос:

— Контузия была?

— Да, профессор.

— Дорогой мой, вас спасет только строжайшее соблюдение режима и активное движение. В санатории я разрешу вам остаться. Ежедневные прогулки. Гуляйте и гуляйте — сколько сможете.

Пройденные санаторные теренкуры слагались в многокилометровые маршруты. Он уже твердо принял решение: вернуться к туризму, к высоким физическим нагрузкам. Только они могли гарантировать ему здоровье и жизнь.

В молодые годы Сергей Николаевич занимался то горным, то пешеходным туризмом. В пору зрелости предпочтение было отдано водному. И так уж получилось, что Парфенов стал одним из родоначальников его разновидности — парусного туризма.

В 1971 г. он сам впервые прошел на байдарке под парусом по прекрасной Игналине. Впечатление от похода было таким сильным, что хотелось немедленно поделиться с людьми своим открытием. А вскоре узнал: на Карельском перешейке близ станции Лосево проходят ставшие уже традиционными соревнования ленинградских любителей парусного туризма. Захотелось побывать на них, познакомиться с опытом ленинградцев.

Не только в памяти, но и в фотографиях запечатлелась та поездка. Колоритными фигурами были туристы-парусники, да и суда у них — самые разнообразные, с парусами всех форм и оттенков. Сергей Николаевич то и дело щелкал своим недавно купленным фотоаппаратом ФЭД-микрон. Одного рослого и мужественного человека он назвал про себя «капитаном», другого — басистого и бородатого — «пиратом». Каково же было удивление, когда узнал, что многие из запечатленных им «типажей» — его земляки-москвичи.

От него собеседники узнали, что в Москве уже немало приверженцев парусного туризма, по инициативе М. Лимонада предприняты шаги по созданию соответствующей комиссии при городском туристском клубе. Все согласились, что пора бы установить в этом деле четкий порядок, практиковать такие же соревнования, как в Ленинграде.

При возвращении в Москву пришлось убедиться, как все это не просто.

«Мы уже обсуждали вопрос о том, целесообразно ли культивировать парусный туризм, и пришли к отрицательному выводу», — сказали Парфенову в Центральном совете по туризму и экскурсиям.

Разбираясь, в результате чего приняли такое решение, Сергей Николаевич установил, что в ЦСТЭ приходила делегация яхтсменов, пытавшаяся заручиться поддержкой туристских организаций при проведении дальних путешествий. Но использовать дорогие и громоздкие яхты для туризма было признано нецелесообразным.

— Но мы же ведем речь не о яхтах — о разборных байдарках и катамаранах, оснащенных парусом. — принялся убеждать он.

С его доводами согласились. Разборные суда с площадью парусов не более 10 кв. м были признаны пригодными для туризма.

Поклонники паруса спорили до хрипоты на заседаниях, рисовали эскизы значков, эмблем, флагов, разработали систему сигнализации, но... Большинству не хватало, что называется, практической жилки. Было решено осенью провести свои, московские, соревнования на парусных байдарках. Председателем бюро стал Сергей Николаевич, его заместителем — инженер В. Перегудов. Вместе они выбирали подходящий участок на берегу Московского моря, готовили поляну слета. Только перед началом соревнований предполагаемый главный судья В. Перегудов запросился в отставку:

— Ох, как хочется принять участие в гонках!..

— Ну что же, тогда вы соревнуйтесь, а я посужу...

Так Парфенову пришлось стать главным судьей первых московских соревнований по парусному туризму. Он же открыл позднее и так называемый Парусный берег, хорошо знакомый нынче всем поклонникам туристского «крылатого флота».

Что же нужно этому беспокойному человеку? «Что ищет он» в своих бесконечных странствиях под парусом, в ожесточенных спорах на заседаниях общественной комиссии при городском туристском клубе, после которых, случается, болит сердце?

Фото В.ДорожинскогоСергей Николаевич — отнюдь не странник-одиночка на туристской тропе, отстаивающий только свое здоровье и полноценный досуг, насыщенный общением c природой, познанием незнакомых мест. У него есть свои соображения по поводу туризма, в том числе парусного, которые он готов отстаивать где бы то ни было.

Как истинный путешественник, воспитанный на принципах коллективизма, Парфенов обладает острой потребностью делиться с людьми всем узнанным, достигнутым, понятым и выстраданным им самим. Поэтому, побывав на интересном маршруте, непременно напишет о нем заметку для журнала или газеты или выступит с советами, как лучше управлять парусом в дальнем походе (сам он применил немало интересных приспособлений, частично заимствованных, частично сконструированных самостоятельно).

Не всем мил и удобен характер Сергея Николаевича. Многие знают, с каким упорством он отстаивает свои взгляды. Он доказывает необходимость регистрации туристских парусных судов в навигационно-технической инспекции маломерного флота при путешествиях по судоходным рекам, готовит проекты решений.

— Зачем нам лишние хлопоты? — твердили его оппоненты.

Но Парфенов тверд в своей борьбе за безопасность путешествий. Он прочно стоит на своем:

походы нужны для здоровья и повышения трудоспособности людей. Как преданный ветеран, чья судьба неразрывно связана с путями отечественного туризма, Сергей Николаевич отчетливо видит его достижения, с болью говорит о недостатках.

Его богатый опыт, его общественная активность, думается, еще не раз послужат интересам любителей странствий. Видимо, так считали и руководители ЦСТЭ, когда награждали ветерана Почетной грамотой по случаю его 75-летия.

В. Канюков,

инженер, член парусной секции
Московского туристского клуба

Фото автора

Журнал «Турист», 1982 г., № 9