Московский марафон

Как было дело

Григорий Шмерлинг, M 150

Старт был дан в 9 утра 14-го июня, движение в темное время суток с 23 ч. до 4 утра не разрешалось.

Вечером 12-го ветра почти не было. Раздались даже предложения провести "24 часа Шевницы", накручивая на веслах круги вокруг острова :-). Однако утром кораблики бодро побежали вперед в бейдевинд при ветре 2-3 балла. До Плывучих островов идти можно было большей частью одним галсом, но ветер постепенно усиливался до 7-8 м/с. Вскоре к неровному, но все время встречному ветру прибавился и дождь, и эта погода была основной весь день. Был и штиль (большая часть лодок находилась в это время в районе Свердлово), но недолгий.

Вечером 13-го изрядно умотанный днем вмордувинда пополам с дождем пелетон подошел к мосту Ленинградки, предвкушая завал мачт. Точно навстречу из-под моста неслабо дуло. И тут навстречу вылетел М 470, распушил спинакер и был таков! Вторым лидером стал "Простор" Д 1. Вот это молодцы!

К счастью, дуло спряталось, пропустив под мост остальных, но на подходе к Парусному показалось снова: на вышедшем высоковато на ветер и на финишной прямой увалившемся в галфвинд М 512 намерили 20 км/ч.

Используя оставшийся час с лишком разрешенного времени движения, пошли в обратный путь Верамьевы, но большая часть экипажей заночевала на небольшой полянке на косе, недалеко от памятного знака на месте гибели Н.Корневой и А.Поварова, который и стал для нас контрольной точкой. Сюда снова пришли парусники, уже новое поколение... Хочется верить — тем, чей путь трагически и нелепо прервался тут 10 лет назад, это было бы приятно.

(вот, почитайте историю про одно из плаваний Адмиральши...)

В 4:15 раздались голоса: — "Гляди, Альбатрос-то уже пошел!" Остальные оказались не столь шустры, да и усталость от вчерашнего дня давала себя знать. Тем не менее к 7 утра полянка опустела.

Обратный путь сначала протекал легче: ветер попутных направлений, упражнения под мостом уже знакомы — вперед и вперед. Но на подходе к Конакову с севера наползла темная полоса облаков, и в "колене" за поворотом Волги на север дуло разверзлось во всей красе. Анемометр на М 150, пробивавшемся под зарифленным гротом галсами мимо ГРЭС к приемлемому для укрытия месту, фиксировал порывы до 16 м/с.

Всем пришлось укрыться на берегу и ждать ослабления ветра, что для разных экипажей заняло порядка 4-6 часов. По этой причине контрольное время закрытия финиша 21 час было перенесено в связи с опасной погодой (ветер >6 баллов). Но все экипажи уложились без второй ночевки, успев на финиш до 23 часов 14-го.

Все участники проверили свои силы, победили усталость и сомнения, приобрели новый опыт (а кое-кто, кроме того, и якорь или ракетницу :) — значит, наша затея удалась, будем затевать и дальше.

Всем участникам Московского марафона-2003 отправлены дипломы Российского Океанского Парусного Клуба.

Cпасибо Дмитрию Шевелеву и Павлу Попову, обеспечивавшим связь!

Александр Хазацкий, M470

Прошу простить, что много получилось. Так быстрей писать, когда нет времени, чтобы подумать :)

За последние 2 года мы раз 20 проходили мимо Шевницы, но причалили к ее берегам только второй раз. Наверно, оттого, что она расположена слишком близко к Дубне, откуда начинались все наши выходы на Московское море. Обычно, только дойдя до Клинцов, мы успевали немного насладиться движением под парусами. В этот раз нам хотелось попробовать свои силы на дистанции больше нормального дневного перехода. А мой интерес подогревался еще замечательными рассказами Володи Еремеева.

Когда мы подошли на веслах без парусов к месту старта, не увидел вокруг ни одной готовой к выходу лодки. Но Гриша объявил, что уже 9 часов и старт открыт. От неожиданности я уронил в воду мобильник. Новенький бокс с телефоном весело покачивался на волнах. Я показал жене на это чудо природы, но она не оценила юмора и заявила, что нечего валять дурака, а нужно стартовать поскорее.

Зная, что приказы жены не обсуждаются (хотя и не всегда выполняются), я выловил телефон и вытолкал лодку в море. Через несколько минут не слишком ловкой работы на лодке были подняты паруса и под швертом зажурчала вода.

Весь остальной флот немного припозднился, но очень скоро у нас за кормой было 9 разноцветных парусов. Прошло совсем немного времени, и один парус оказался на траверзе, а потом и немного впереди и продолжал медленно убегать. Простор Д1 - "Дубна" Юрия Красноперова, всегда был нашим ближайшим соперником в тех немногих соревнованиях, где нам удалось поучаствовать. Сказывался опыт капитана, Ветровские баллоны, большой стаксель и неплохо отрегулированный грот со сквозными латами.

Я подтянул наш грот до топа, расправил его переднюю шкаторину оттяжкой, отрегулировал стаксель. Но это не очень помогло. Полный бейдевинд очень скоро сменился лавировкой и мы начали нарезать галсы от берега до берега. После одного из поворотов Таня захотела одеться и уступила мне руль. Мои руки уже истосковались по "штурвалу", но я сразу ощутил желание вернуть румпель жене. Лодка отказывалась двигаться. Сказывалось долгое отсутсвие опыта, после того как я был разжалован в матросы.

Я не стал сразу сдаваться, а принялся приставать к жене с просьбами то потравить то подтянуть стаксель, пытаясь добиться, чтобы он начинал заполаскивать одновременно с гротом. Вскоре Танька сладко заснула на пенке посреди трамплина, и мне осталось только рулить, примостившись на краешке бортового баллона с вещами. Мы двигались с сильным диффирентом на корму, но будить спящего человека было слишком бесчеловечно. Пришлось сосредоточить все внимание на парусах, стараясь отрабатывать все порывы ветра так, чтобы паруса все время находились у границы заполаскивания передней шкаторины, как я прочитал в какой-то умной книжке.

Видимо, это возымело какой-то эффект, потому что на очередном галсе Д1 прошел у нас за кормой. Но наше преимущество оказалось недолгим. Стоило мне немного отвлечься, как Д1 снова улетел далеко вперед. Теперь уже выспавшаяся Танька взяла румпель и держала курс мимо островов, напротив отсыпки. Остальные кораблики почему-то отстали. Для меня это было загадкой. Казалось, что мы ползем как черепахи.

Ветер начал усиливаться. Пришлось даже начать немного открениваться на порывах. Мы прошли одним галсом, там где Д1 сделал два, и значительно сократили разрыв. С первыми каплями дождя пришлось надевать непромоканцы. И очень вовремя, потому что через минуту начался ливень. Ветер продолжал дуть, и мы весело бежали под дождем за Д1. На подходе к Конаковской ГРЭС дождь кончился вместе с ветром. Я даже немного помахал веслом, чтобы согреться. Но Дубну обгонять не стал. Они не гребли и мне нравилось, что мы идем двумя лодками. Это и веселей и спокойней.

Сквозь облака стали пробиваться солнечные лучи. Начал усиливаться ветер. Жизнь налаживалась.

Но ветер продолжал усиливаться и принес новые темные тучи. Когда на воде появились первые барашки, жена отдала мне румпель, за который я радостно ухватился, заявив, что это моя любимая погода. Мы полностью выбрали шкоты парусов и продолжали лавировать как можно острей к ветру, следя только, чтобы паруса не заполаскивали. Лавировочный угол уменьшился, а скорость возросла. Похоже, такая сила ветра оптимальна для наших парусов. При дальнейшем усилении я сделал парус максимально плоским с помощью натяжки гика.

Наши пути с Д1 разошлись напротив Конаково. Мы принялись огибать острова справа, а он слева. А когда острова были пройдены, его парус оказался далеко позади. Видимо, большие пузатые паруса не очень хорошо работали при сильном ветре. К тому же, на длинной прямой от Конаково появились небольшие крутые волны. Наша относително жесткая лодка с двумя пауками протыкала их без сильного замедления и мы продолжали отрываться.

Теперь началось одиночное плавание. Мы внимательно следили за ветром, волнами, кораблями и нарезали длинные галсы от берега до берега. Пасмурная погода чередовалась с ливнями, умеренный ветер с небольшими шквалами из-под туч, но в среднем такая погода нравилась мне больше, чем, например, необходимость лавировать против слабого ветра. Правда, в конце длинной Конаковской прямой я начал уставать, от необходимости сохранять предельное внимание под дождем и все время меняющимся ветром.

Во время очередного порыва, налетевшего откуда-то сбоку, я привелся слишком сильно. Лодка встала в левентик и пошла задним ходом. После такого позора пришлось отдать руль Таньке. Через некоторое время она в точности повторила мой маневр.

Когда жена рулила, я устраивался впереди задней ванты, 'то позволяло лодке идти без дифферента. Когда мы сидели рядом, наш баллон перекашивался и создавал бурун за кормой. Правда я так и не понял, менялась ли скорость от нашего взаимного расположения. К сожалению, рядом уже не было Д1.

Во время очередного шквала из под тучи мне пришлось далеко вывеситься за борт, но баллон все равно едва доставал до воды. После чего мне сразу захотелось зарифить грот. Что я и сделал, несмотря на праведное возмущение жены. Минут через 10, я понял, что был неправ. Пришлось повторять всю работу в обратном порядке. В результате моих странных действий позади снова появился знакомый парус Д1. Интересно, как они перенесли все эти шквалы со своей увеличенной парусностью.

После последних порывов, ветер стал быстро слабеть, и в протоку вокруг Низовки пришлось проходить уже на веслах. Ветер возобновился, только когда мы прошли большую часть пути до моста. Опустить мачту на воде оказалось совсем не сложно. Мы положили ее вдоль трамплина, отвязав передние ванты. Поднять ее было немного сложнее. К счастью, такелаж не перепутался, и после ЛЭП мы уже снова шли на всех парусах. Найти контрольный пункт оказалось совсем не сложно. Сложнее было понять, как Григорию удалось доставить сюда компостер. Мы отзвонились на Шевницу. Как ни странно, телефон, искупавшийся в море и провисевший всю дорогу под дождем в боксе, работал, хотя и основательно отсырел. Нужно будет в следующий раз попробовать положить в бокс с мобильником силикагеля.

На обратном пути стаксель, наконец, смог отдохнуть. За него пришлось отдуваться спинакеру, который жена называет зеленым чудовищем за большой размер и непредсказуемый характер. Мы первый раз испытали новый спинакер-гик с фирменными клювами. Чтобы не перецеплять оттяжку и топенант, я прикрепил их к середине спинакер-гика, но возможно это не совсем правильно, потому что трехсантиметровая труба заметно гнулась при порывах ветра.

Сначала мы встретили Д1. А потом после повторного прохождения моста с завалом мачты мы увидели весь флот. Я спросил только, все ли было нормально, и мы порадовались, когда узнали, что обошлось без приключений. Все катамараны подошли к мосту на удивление кучно. Я даже подумал, что все экипажи мудро договорились страховать друг друга.

Шило в нашей заднице не позволило нам сильно задержаться, и мы быстро подняли спинакер и грот. Проходить протоку на спинакере оказалось гораздо приятней, чем на веслах. Иногда тихий ветер начинал дуть почти навстречу. И тогда мы, пользуясь отсутствием штага, заставляли спинакер-гик пересекать диаметральную плоскость. Очень странно, что парус при этом не обезветривался и продолжал тянуть.

Мы спокойно поужинали, пользуясь тихой погодой. Вообще-то, мы взяли с собой самовар на сухом спирте, но так и не достали его из рюкзака. Хватило двух термосов с едой. Последнее время мы часто готовили еду на костре один раз в день, утром. Здесь важно положить в термос немного недоваренную кашу. В крайнем случае, всегда можно неплохо прожить на орехах и сухофруктах. А лук, по моим впечатлениям, помогает согреться, не хуже тарелки горячего супа. На десерт у меня были фисташки. Танька их не любит. Я рассыпал их перед собой на трамплине, но никак не мог приступить к еде. То ветер задует не с той стороны, и нужно регулировать спинакер, то нужно доставать какую-то одежду. Я предлагаю жене расслабиться и наслаждаться жизнью и вкусной едой, но Танька никак не может забыть, что мы гоняемся, и все время заставляет меня следить за курсом и поправлять паруса.

Вечер был чудесный. Между туч прорезались лучи заходящего солнца. Слабый ветер дул ровно. Мы бесшумно скользили в бакштаг на спинакере. Неожиданно над водой раздался громовой рокот. Я чуть не вывалился за борт, не сразу поняв, что это музыка. На одной из новорусских дач на правом берегу устраивали вечеринку.

Уже в конце длинной Конаковской прямой, внезапно усилился ветер с севера. Мы быстро набирали скорость. Курс галфвинд. Спинакер-гик - почти в диаметральной плоскости. Я схватился за руль, а жена за спинакер шкоты. Казалось, лодка летит, не касаясь поплавками воды. Скорость бешеная, но брызг почему-то почти нет. Мы как-то очень быстро догнали моторку, идущую впереди в глиссирующем режиме. Боясь нарушить устойчивое равновесие, мы стараемся не двигать рулем и шкотами. Нужно отметить, что руль стал непривычно тугим, хотя и не задрался, оттянутый вниз талью в щелевом стопоре. "Эй! На моторке! Поберегись!" - завопила Танька, когда до лодки оставалось метров 30. Ребята, только сейчас увидели нас и резко повернули в сторону, смотря на нас круглыми глазами.

При небольшом ослаблении ветра мы неохотно опустили спинакер и подняли стаксель.
Быстро сгущались сумерки — не столько из-за вращения земли, сколько из-за мрачных дождевых туч наползающих с севера. Видно, они и стали причиной последнего ветра. Без 10 минут 11 мы с разгону влетели в камыши в заливе одного из островов напротив Конаково.

По хорошему, следовало испытать якорь, но мы слишком устали, чтобы заниматься экспериментами. Через 10 минут на трамплине была установлена палатка. После целого дня гонки у меня осталось только 2 несовместимых желания. Спать и носиться под всеми парусами. Правда, когда мы забрались в палатку, первое желание быстро победило. Мы отзвонились Дмитрию о благополучной остановке на ночлег, и когда после продолжительной борьбы с отсыревшими кнопками телефона мне удалось завести будильник, провалились в сон. Перед тем как заснуть, я только успел подумать, что такой интересной пятницы тринадцатого у нас еще не было.

В 3:20 адская машина прервала наше наслаждение, и взяв в союзники Таньку, заставила выметаться из палатки, укладывать вещички и поднимать паруса. В начале пятого мы выбрались из камышей и в сером холодном сыром воздухе подняли мокрый спинакер.

Потом пришлось долго идти в острый бейдевинд, пока русло Волги не повернуло на восток. И снова под спинакером мимо отсыпки-крапивы-малины, Грабиловки, Клинцов в сторону Шевницы. Ветер не сильный, ровный попутный курс усыпляет. Румпель лежит на липучке, глаза слипаются. Когда я просыпаюсь через минуту, вижу, что жена сладко спит со спинакер-брасом в руках. Ничего себе - летучий голандец! О такой опасности я еще не слышал. Мы за правым краем судового хода, а слева на траверзе движется навстречу белый пароход. Когда я вижу, что жена просыпается, то говорю ей: "Смотри! Дубна идет!" Когда я увидел ее испуганный озирающийся взгляд, то пожалел о своей шутке.

На подходе к Шевнице ветер усилился. Появились маленькие волны с редкими барашками. С помощью спинакера мы обгоняли их одну за другой, рассекая их с красивыми белыми бурунами. Жалко некому нас сфотографировать со стороны. Третий год катаемся на катамаране, и нет ни одной красивой фотографии нашей лодки на полном ходу. За 30 м от берега опускаем спинакер и мягко утыкаемся в берег напротив нашей второй палатки, оставленной в лагере. Время — половина восьмого утра.

Пока я привязываю лодку и опускаю паруса, Танька радостно бежит будить Дмитрия, чтобы зарегистрировать финиш. Хорошая вещь спортивный азарт. Если бы я был один, то точно не стал бы никого будить, а сразу завалился бы спать. Рассказываю Тане анекдот про то, как парень, вернувшись из армии, чтобы показать, что это такое залез в 4 утра на колокольню и начал бить в колокол. А когда все собрались, объявил, что он с отцом пойдет за дровами, а остальные спать.

Поспать, правда, хорошая идея, и мы недолго думая, забираемся в палатку и продолжаем смотреть сны с парусами в главной роли.

Мы пришли первыми только по тому, что ралли по каким-то причинам не пользуются популярностью у лучших гонщиков. Весной на Конаковской регате мы выглядели весьма бледно, как и другие чайники, которые только начинают осваивать парусный спорт.

Возможно, сказалась некоторые доработки лодки. Из основных, это — спинакер размером 12 квадратов, второй паук на стаксельную и шкотовую балки, перенесенные вперед блоки стаксель-шкотов, покупка фирменных блоков и веревочек, замена стаксель-фала на трос из оцинковки. Ну может быть повлияло еще и то, что мы привыкли двигаться на большие растояния с вещами. Но все равно, думаю, что на Московском море нашлось бы не меньше 10 лодок, способных обогнать нас на много часов и пройти эту дистанцию до темноты.

Ходовое время получилось 17,5 часов. Значит средняя скорость по генеральному курсу равна 110км/17,5 = 6,3км/ч Совсем негусто. GPS на Дубне показал длину дистанции с учетом лавировки, равную 160 км. Значит тогда средняя скорость 160/17,5 = 9,1км/ч. Даже учитывая завалы мачты и греблю, тоже не впечатляет. Обязательно должны оставаться еще существенные резервы.

Думаю, что Московское море почти предельная акватория для участия нашего экипажа в подобных соревнованиях. Важно, что температура воды и размеры водоема позволяют выбраться на берег. Любые соревнования на холодной большой воде будут хождением по краю. Для таких гонок нужны более крепкие лодки и средства обеспечения безопасности, которые вероятно окажутся не по карману большинству участников. Где-то в архиве конференции Володя Еремеев оставлял список своего снаряжения. А у нас вода еще холоднее. Правда, никто не мешает проходить сложные маршруты в режиме похода, когда можно, не напрягаясь, заранее уменьшать парусность и спокойно получать удовольствие, пережидая непогоду в разных интересных местах.

Андрей Донцов, М-469

Мы приехали на Шевницу еще 7-го, в субботу, с тайной надеждой как следует обкатать лодку, а возможно и пробежаться по дистанции. Но природная лень и два дня штормовой погоды позволили лишь немного доработать катамаран. Напарником моим шел Андрей Дубинский, лодкой мы управляли поочередно, причем Андрюхе выпал самый трудный участок пути.

После несколько смазанного старта мы стали присматриваться к соперникам, пытаясь понять, кому же мы способны составить конкуренцию. Достаточно быстро стало ясно, что «Дубна» и М-470 медленно, но верно уходят в отрыв.

Собственно, дальше мы так группой и шли.

Поразила кипящая вода в Конаковской трубе во время дождя, даже волны стали какими-то гладкими. Вообще, дождь сопровождал нас всю дорогу, как и сильный встречный ветер. С одной из лодок нас окликнули рыбачки: «Как у вас там с дождем, не кисло?» Спросили бы лучше, как у нас с головой...

Постепенно вперед ушел Григорий и gooRu. Григорий, пройдя Низовку, остановился всех подождать напротив МИДовских коттеджей (за что спасибо ему большое), а ребята шли, похоже, не торопясь, ну мы потихоньку и вышли к мосту первыми. А навстречу – знакомые лица! Счастливые! М-470 весело побежал обратно.

Мачту мы скинули быстро, под ЛЭП тоже решили не рисковать и шли на веслах от моста до ЛЭП. Тоска... Малость поплутали в поисках контрольного пункта, забыв, естественно, что у нас есть его координаты. К берегу подошли в 21.30. Решили всех дождаться, наивно полагая, что уж сегодня обратно уже никто не пойдет. Подлетел Алексей (44), сказал, что пока есть ветер надо возвращаться и отправился в обратный путь. Подтянулись все остальные.

Берег довольно тоскливый, но какое-то очарование в окружающей природе было. Болотная жизнь всегда таит в себе загадку, жаль, что не было времени побродить по тем местам.

До часу ночи обустраивались, ужинали. Удалось немного просушиться. Вылезла большущая луна, но спать оставалось два часа (чтобы в четыре утра стартовать), так что любоваться ею не стали. Проснулся я где-то в половине четвертого от характерных вздохов «лягушки». Альбатрос явно собирался в дорогу. Григорий из палатки изумленно спросил: «Вы что, в самом деле уже собираетесь? Блин, надо было старт на семь утра назначать...»

Андрюха долго ворчал, но погода была неплохая, легкий фордак и мы быстро подошли к ЛЭП. В этот раз под ней прошли не бросая мачты, а перед мостом спустили парус, аккуратно завалили мачту и преспокойно прошли дальше, слегка чиркнув топом по мосту. Вдалеке с удивлением увидели Альбатрос, взыграл спортивный дух, и мы погнались следом. Возле МИДовских домиков увидели на берегу катамаран Алексея (44). Вот куда он успел вчера долететь! Оказывается, он проспал и мы снова впереди него.

Ветер то слабел, то заходил, наконец, опять задул в морду. Под Конаковской ЛЭП мы все-таки догоняем Альбатрос, не обращая внимания на пелену дождя впереди. Мало мы, что ли мокли?

Когда зашквалило, мы даже обрадовались – сейчас полетим! Но раздувало все сильнее и сильнее, поднялась волна. До Плывучих островов оставалось совсем немного и мы решили попробовать... Шквалило постоянно. Пару галсов мы здорово боролись с волной, а потом в какой-то момент Андрей чуть увалился и мы действительно полетели! Катамаран легко заскользил по гребням волн. Андрей аккуратно рулил, я от души откренивал – катамаран оставался полностью управляем. Были только опасения – а вдруг железо не выдержит?

Мы пристали к берегу в районе заброшенного антенного комплекса. Отдышались. Взяли рифы. Алексей (44) и Альбатрос укрылись под берегом. Мы решили потихоньку идти. Катамаран уверенно шел против ветра, легко поворачивал, успешно боролся с волной. Несколько раз волны перекатывались через передний багажник (на фото, там, где из-под Простора торчат Андрюхины ноги, багажник высокий – в гонке он был гораздо ниже).

Мимо отсыпки и Грабиловки прошли на бакштаге. Тяжело было на открытых пространствах – приходилось активно бороться и с попутной волной (прыгать вдвоем назад, чтоб носы не зарывались), и с ветром (очень хотелось откренивать для успокоения). Носы не зарывались, но иногда догоняющая волна все-таки накрывала подветренный обтекатель. Назад смотреть не хотелось.

Когда проходили Грабиловку (оставили ее по правому борту) позвонили с Шевницы: где вы? Чуть не ляпнул, что через часок будем на месте, вовремя поправился, что мы от них километрах в десяти. Но все-равно сглазил. Решили повернуть к Клинцам пока ветер чуть ослаб. А он только того и ждал и вдарил в галф. Я сначала решил, что Андрей опять решил полетать и заорал: ты чего делаешь!? Был бы полный грот – снесли бы мачту или кильнулись. Стали пытаться здорово приводиться и понеслись к Клинцам. Наверное, это был самый тяжелый этап гонки. Под берегом стало тише, но, пройдя Клинцы, опять попали в такую же ситуацию. Вдоль пролива между Клинцами и Омутней раздувало от души, хорошо, что мы уже этого ожидали, но все-равно до Шевницы шли с большим напряжением.

Итоги.
Мне понравилось, хотя было тяжело, временами – очень. Самое главное – получили большой опыт.

Одежда – непромоканцы промокают. Даже совсем непромокаемые. Если прыгать на катамаране часов 10 под проливным дождем, то вода зальется в рукава, за шиворот, штаны задерутся, и в сапогах постепенно станет сыро и противно. Правда, когда я сказал, что у меня штаны стали мокрыми изнутри, то кто-то глубокомысленно изрек: «Они не промокли. Это просто твоя вода».

Питание – с удовольствием кормились всю гонку сникерсами, салом и чаем из термоса. Из-за отсутствия газовой плитки пришлось возиться с костром. Хорошо, что дождя уже не было.

Комфорт – как неоднократно говорил Григорий, в долгих гонках от этого зависит работоспособность экипажа, а стало быть – и результат. Мягкие сидушки вдоль бортов позволили обойтись без мозолей на пятой точке и не лежать в луже на тенте.

Связь – испытал герму для мобильника. Модель Dolphin я брал на Экстриме за 800 руб. Пришил кармашек на спас и забыл думать о дожде, падении в воду и пр. Дома бросил мобильник в ведро с водой. Забавно было наблюдать, как он плавает, светясь в темноте и сотрясая ведро виброзвонком :-). Слышно хорошо, немного металлический голос. Рекомендую. А вот до Адмирала не всегда можно было дозвониться. Наверное, для группы поддержки надо какую-нибудь внешнюю антенну сорганизовать.

Катамаран Простор – к этому сезону сделал шпрюйт, теперь набиваю ванты втугую. На волне мачта больше не качается, да и вообще спокойнее стало. На тренировках никак не получалось делать оверштаг с рифами, зато в гонке так насобачились, что крутили его на полном автомате. Удлинил ликтрос на баллонах, пропустил его через обтекатели и привязал к передней балке. Но где-то на сантиметр баллоны все-таки сползли. Здорово погнули черный шверт, был бы желтый, думаю – сломался бы. Зато мачту теперь бросаем на раз :-)))).

Ну и главное. Читая отчеты Утенка и рассказы о прошлогодней Казани, я понял, что в таких гонках побеждают не самые умелые, а самые упертые. Заставить себя грести, когда ветер плохо, но поддувает, не останавливаться на контрольном пункте на отдых, а идти дальше, пока есть ветер и позволяет время, поспать два часа и снова вперед...

Я еще раз поздравляю всех участников, до встречи!


Ночь. Шевница. Луна. Моторка.
Смотрите – парус впереди!
Наверно, это – подготовка
К большому, долгому пути?



Эволюция по Шмерлингу


Ну я почти готов к гонке, только вот кардан подтяну...


А меня в гонку возьмут?


Посмотрим...




Поехали!


Ралли ушло...



13 часов на воде.
Под дождем. Против ветра.
Далось не просто.


И все-таки — это Море, хоть и Московское.


Не пущу! Я тут н-надутых жду!!!



Нет уж, мы тоже подождем!


Вот теперь другое дело.


Долгожданный финиш


Это мы

А тем временем на Шевнице...


...шоу продолжается!
Стоп, стоп...
Уберите мотоцикл из кадра!


Стоячие места на балконе.


Уйду я от вас, злые вы.


Адмирал, а чой-то под Вами лужа?


Фото и подписи:
Андрей Донцов
Илья Никифоров
Дмитрий Шевелев
Григорий Шмерлинг